ГЛАВНАЯ | ОБ ИЗДАНИИ | НАШИ ПРИНЦИПЫ | ФОТОГАЛЕРЕЯ | КОНТАКТЫ
|
|
 ЮБИЛЕЙНЫЙ ВЫПУСК №2509-2510
Светоч во тьме К исходу ХХ столетия в русском зарубежье почти не осталось периодических изданий правого направления, которые бы продолжали традиции антикоммунистической борьбы. "Нашей Стране" выпала почетная судьба быть таким органом. Среди некогда весьма многочисленной монархической эмигрантской прессы именно ей довелось стать последней и единственной в русском зарубежье монархической газетой. И эту ноше она несет с полным сознанием уникальности своей миссии, с ответственностью и достоинством. Газета, основанная И.Л.Солоневичем, появилась в, пожалуй, самое тяжелое в моральном отношении для русской эмиграции время. Тогда, в первые годы после окончания Второй Мировой войны, казалось, что советско-коммунистический режим в России установился навсегда. Русская белая эмиграция как реальная военно-политическая сила прекратила свое существование - с гибелью ее вооруженных формирований и военно-учебных заведений и смертью многих тысяч лучших ее представителей она не могла больше рассчитывать вернуться в Россию и вступить в открытую борьбу с советским режимом. Был уничтожен очаг белой эмиграции на Балканах, наиболее боевая часть ее. Остатки ее, кому удалось спастись, с трудом перебирались за океан, а тысячи еще оставались в лагерях, под еще не вполне исчезнувшей угрозой выдачи коммунистами. Масса слабых духом, отчаявшихся и обманывавших себя и друг друга людей записывалась в "советские патриоты", добровольно отправляясь в Совдепию на смерть и лагерные мучения. Но коммунистический режим казался вечным не только в самой Совдепии. 1984 год был годом начала решительного наступления коммунизма по всему миру: смена бутафорских национально-демократических режимов чисто коммунистическими в Восточной Европе, наступление коммунистов в Китае, развертывание партизанской борьбы сразу в нескольких странах Юго-Восточной Азии, активизация компартий на Западе и т.д., так что угроза всемирной победы марксистов замаячила весьма зримо. И вот в такое время в Аргентине рождается газета, в девизе которой стоят слова "После падения большевизма только царь спасет Россию от нового партийного рабства", рождается с твердой верой в перспективы совей борьбы. И пусть не создателям и первым сотрудникам газеты, но продолжателям их дела доверялось все-таки дожить до дней, когда казавшаяся незыблемой античеловеческая система стала терпеть крах и разлагаться. Полвека стояла "Наша Страна" на страже монархической идеи. Ее появление в России семь-восемь лет назад было по истине откровением: не то что периодические и печатные издания соответствующего толка, но и информация о самом существовании и деятельности русских монархистов за границей в Совдепию практически не проникала. Если о существовании НТС в принципе было известно (он время от времени упоминался в "контрпропагадистских" публикациях советской печати, и иногда доходили контрабандные издания "Посева"), то информация о монархических организациях и органах печати практически не проходила. Что, в общем, логично: если НТС можно было представить несамостоятельной частью американской пропаганды и "вписать" в общую канву борьбы с ней, то сам факт существования "до сих пор" деятельной монархической эмиграции, то есть организаций и органов печати, стоящих на позициях исторической российской государственности, совершенно выпадал из привычного набора стереотипов советской пропаганды. Ей, столько лет уже (с середины 40-х годов) проводившей точку зрения, что монархия - что-то совсем-совсем неактуальное, было бы затруднительно его объяснить. В переломное время в 1990-1991 годы, когда общественному сознанию предлагалось выбирать между лозунгами "Против коммунизма, за распад страны" и "За коммунизм, против распада страны", позиция газеты, выражавшей само собой разумеющуюся для любого патриота 70 лет тому назад, формулу "против распада страны, против коммунизма", была большой моральной опорой тем, кто мыслил таким же образом или стихийно приходил к этой точке зрения, и отличным средством просвещения для многих, не подозревавших о существовании иного патриотизма кроме советского, национал-большевицкого. Значение газеты было тем более велико, что внутри страны не было органов печати, выражавших подобные взгляды. Наконец, "Наша Страна" открыла советскому читателю (а тогда, когда существовал обостренный интерес ко всякой несоветской литературе, попавшие в Совдепию номера проходили через много рук) все богатство и разнообразие русской монархической мысли - от дореволюционной до современной эмигрантской. Поэтому она пользовалась в патриотических кругах большой популярностью и успела завоевать настолько безусловный авторитет, что даже идеологи национал-большевизма. Скрепя сердце, не осмеливались высказаться против газеты (хотя по мере сил препятствовали появлению "неудобных" для них перепечаток из нее в контролируемых ими изданиях). Они не раз пытались с нею заигрывать, делая вид, что являются ее друзьями - настолько невыгодно было выглядеть врагами безупречно белого органа печати, флагмана истинно монархического движения, который невозможно было упрекнуть ни в "перекрашивании", ни в прислуживании какой-то посторонней силе, собственно, вообще ни в чем: ясно же было, кем она основана, что издается энтузиастами да лишь на собственные и читателей средства, ни малейших сомнений не могло быть относительно чистоты убеждений ее редакции. Вот почему, хотя идейно-политический курс "Нашей Страны" оставался без малейших изменений, лишь через несколько лет (надо отдать должное терпению национал-коммунистов), когда с предельной очевидностью обнаружилась тщетность попыток "перевоспитать" газету в национал-большевицком духе и примирить ее с наследием советчины, с ней начали открыто бороться. Принципиальная линия "Нашей страны" (за плечами у которой стоят тени сотен тысяч русских патриотов, отдавших жизнь в борьбе с поработившим Россию преступным режимом) на непримиримость к любым проявлениям советской идеологии и практики и разоблачению сути национал-большевицкого "учения" - есть тот эталон, по которому измеряем мы ныне слова и поступки различных лиц и политических сил. Пока он есть, никому не удастся стереть грань между подлинным и ложным, между белым и красным, между Россией и Совдепией. Приверженность идее возрождения исторической государственности - православной монархии, составляющая сердцевину монархии, составляющая сердцевину идеологии "Нашей Страны" требует, особенно в последнее время, особой ответственности от ее издателей. В монархическом движении всегда было немало проблем, но никогда в прошлом оно не сталкивалось с такой степенью опошления, окарикатуривания и подмены монархической идеи, какая обнаружилась с перекрашиванием под монархистов выходцев из коммунистической номенклатуры и их литературной обслуги. Соблазн принять их всерьез, увидав здесь какую-то "перспективу", был велик, и кое кто поддался ему. Но не "Наша Страна". Немало мужества, такта, здравого смысла и политического чутья потребовала у руководства газеты и необходимость существования в условиях прискорбных расколов и раздоров даже в подлинно монархической среде - как в России, так и в зарубежье. Немало нападок, интриг и незаслуженных оскорблений пришлось вынести ему, отстаивая принцип, согласно которому сама монархическая идея бесконечно выше любых ее конкретных воплощений. Являясь единственным авторитетом оплотом монархической мысли, газета стремится отражать по возможности весь ее спектр (кроме естественно, провокаторской деятельности перекрасившихся ответчиков и их пособников), и такую позицию следует признать достойной понимания и уважения, какую бы неприязнь одних сотрудников ни вызывали публикации других ее сотрудников. Действительно, на страницах газеты порой встречаются друг с другом люди, никогда не ставшие бы общаться в жизни. Но в том и заслуга редакции. Что она стремится использовать на благо служения монархической идее интеллектуальный потенциал всех ее истинных последователей. Сейчас, в годы неопределенности и смуты, смены привычных вывесок, моды на самозванство и расцвета всевозможных идейных соблазнов, как никогда важно, чтобы оставался маяк, на который можно было бы сверять свои позиции. Поколение, непосредственно участвовавшее в Белом движении во время Гражданской войны, за исключением лишь нескольких человек, уже ушло из жизни. с его уходом объективно выросла опасность отхода от идеалов их борьбы, поскольку далеко не все представители последующих поколений обладают, в силу обстоятельств своей жизни, той же убежденностью и непримиримостью. И если бы не существовало им настоящей, пусть и немногочисленной, смены, установившей связь и поддержавшей единомышленное себе молодежное течение внутри России, преемственность подлинно патриотической традиции, традиции исторической российской государственности могла бы прерваться. Вот почему, сколь бы мало не оставалось этих достойных людей, в первом ряду которых стоит "Наша Страна", и как бы трудно не было им нести свою ношу - значение их существования для будущего России огромно. И если исторической России суждено будет возродиться, они не будут ею забыты. Восемьдесят лет назад, уходя в Первый Кубанский поход, руководитель Добровольческой армии генерал Алексеев, как бы отвечая на возникающие у некоторых мысли о бессмысленности этого подвига, сказал, что "нужно зажечь светоч, чтобы была хоть одна светлая точка среди охватившей Россию тьмы". И вот сейчас таким светочем остается "Наша Страна". Сергей Волков Истина, Россия, история Сегодня нам уже не так просто полностью представить себе мир 1948 года. Центральная и Восточная Европа лежала в развалинах Второй Мировой войны. В порабощенной большевиками России царил голод ("война все спишет") и у многих угасли надежды на ее освобождение от варварского режима - то ли посредством варварской Германии, то ли через раскаяние КПСС (во время войны был нарочно распущен слух в народе - после победы колхозы распустят). В Европе шла охота за тысячами беженцев от сатанинской власти - хватали стариков, женщин, детей, мирных жителей, беззащитных и воинов - всех, кто самим своим уходом, своим сопротивлением, своим существованием был свидетелем (то есть мучеником) жестокости победоносного тоталитаризма. В Кремле торжествовал Сталин и его клика преступников. Он лицемерно поднял тост за русский народ, им без счета положенный ради красного флага компартии на Рейхстаге, а прежде с азиатской жестокостью истребляемый в мясорубке социализма в одной отдельно взятой стране. В это время беспросветной ночи русской государственности милостью Божией и вопреки гонениям и опасностям, лишенная физической защиты, но верна? Правде, без государства, но под Покровом Божией Матери, гонимая, лишенная территории, Зарубежная Россия единственная В свободном мире активно и на смерть хранила зажженной лам паду борьбы с поработителями отечества, свечу солидарности ее своим несчастным, обескровленным народом. Несмотря на трудности и угрозы, способные сломить (и сломившие) многих, собственным усилием и с надеждой только на Бога, русская белая эмиграция, подкрепленная идейными противниками социализма из среды новой, военной и послевоенной эмиграции, памятуя неотменимую присягу верности России, продолжала борьбу, продолжала защиту чести и достоинства отечества. В те годы родилась "Наша Страна". Тогда еще только минуло тридцать лет русской катастрофе. Еще жил великий Иван Бунин, и седина только слегка коснулась висков тех молодых корнетов, что некогда ходили в лихую атаку на красных под Орлом и грезили освобожденными от интернационала маковками кремлевских соборов. В те годы, годы потерь, годы нового странничества, годы разоренных, хоть и временных, но все же гнезд - люди, верные Исторической России взяли на себя почти непосильную миссию сохранить и донести до грядущей России ту правду, то выстраданное понимание происходящего которое и до наших дней составляет самое ценное, что мы можем дать нашим братьям по духу. Потому что, как и в 1918-м, как и в 1920-м г., так и в 1948-м Белая Россия жила верой, что советский тоталитарный строй не вечен. Сроки его падения конечно не были известны, и уже не раз люди обманывались надеждами что наконец пришло время освобождения России. Но несмотря на разочарования и на крушение сиюминутных ожиданий основная цель оставалась неизменной. Как и до Второй Мировой войны, пресса русского зарубежья была разнообразной - от просто нерусских, но русскоязычных газет, кравших слово русский для своих названий, через различные вестники социализма и иных революционных идеологий, и до настоящей русской национальной прессы, частью которой стала в 1948-м году "Наша Страна" И. Л. Солоневича. И вот, уже пять десятилетий тянется подвиг служения и борьбы. Миссия газеты в общем не изменилась: сохранить и донести русскому читателю истину о России и мире: честные оценки, правдивые сведения, углубленные анализы. Но многое в мире изменилось: открылись возможности, которых прежде не было, физически остановился советский тоталитаризм и пошатнулось его духовное и политическое наследие. Россия стоит на пути своего духовного освобождения и политического возрождения. Она с трудом немного продвинулась в этом направлении (я не имею в виду показуху "либеральной демократии" и "рыночных реформ", которые мы наблюдаем последние семь лет). Силы внутри и вне России, которым органически неприемлемо восстановление истинной русской цивилизации, теперь направили свои усилия на новый материалистический соблазн - безбожное и бездуховное существование сытых животных, которое называют лишенным первоначального смысла словом "капитализм". В этих условиях каждая страница независимой и действительно национальной русской прессы - как в России, так и за рубежом - вестник, проводник и хранитель русской цивилизации во всех ее проявлениях. Может показаться, что наши силы несоразмерны. Так оно и есть - физически; с одной стороны не только печать, но и средства вещания, рекламы специалисты по социальной психологии и по манипулированию общественным мнением. Размах обработки и угрозы русской идее, можно оценить по тому, что даже учебники средних школ по общественным наукам и даже религии, составлены врагами русского национального возрождения. С нашей стороны - горсть периодических изданий, из которых "Наша Страна" является ведущим. Они рассеяны по всему миру, издаются добровольцами, без постоянных источников средств, существуют благодаря щедрости небогатых людей, ежедневно борющихся за жизнь. И вместе с тем, на нашей стороне Истина, Россия, История. Аппарат лжи, на которое держался поработивший Россию тоталитаризм существует давно. Он всемерно десятилетиями поддерживал СССР, используя даже притворство политического противостояния. И несмотря на век физическую мощь этого аппарате лжи, он не смог спасти государство лжи от падения. Ибо то что строится на отрицании Истины мертво, нежизненно. Истинно, истинно, не в силе Бог, а в правде. Сегодня голос "Нашей Страны", голос борьбы с ложью, голос борьбы с политическими миражами, голос борьбы за Историческую Россию слышится во многих центрах нашего отечества. Мы знаем, что нашу газету читают тысячи - не случайных и поверхностных читателей - а истинно русских людей, настоящих граждан России. "Нашу Страну" цитируют, она открывает многим нашим соотечественникам новые горизонты державных возможностей и задач. "Настоящая русская газета" постоянно слышится в оценках "Нашей Страны" российскими читателями. Упоминаю это не ради похвальбы, а как напоминание о том ранге, с которым наша газета уже входит в историю. Потому что это высокое и заслуженное положение налагает конечно и особенную ответственность. На сотрудников газеты ложится, может быть неожиданное для них, значение выразителей высшего смысла российской государственной идеи. А на читателей "Нашей Страны" ложится ответственность быть не только пассивными "потребителями" издания, но и его распространителями, особенно в России. Физическая ограниченность тиражирования и доставки к русскому читателю удивительно легко преодолимы. Здесь действует закон геометрических прогрессий: если цепочка из всего двадцати человек возьмется размножить и распространить всего лишь по два экземпляра "Нашей Страны" каждый, то конечное число экземпляров достигнет миллиона (!). То же может сделать цепочка покороче, но размножая и распространяя большее количество экземпляров на каждом этапе. Цепочке из только шести человек надо распространить всего лишь по десять экземпляров номера - и миллионный тираж состоялся. Это - среди читателей России, которым невозможно содействовать материально изданию газеты. А зарубежным читателям следует постоянно помнить, что газета издается на пожертвования, что у нее нет спонсоров миллиардеров (в любых денежных обозначениях, даже африканских). Пусть все зарубежные читатели "Нашей Страны" постараются посильно поддержать газету. Всякая денежная помощь, даже скромная - вклад в дело. Кто может больше - пусть даст больше, кто не может - пусть не стесняется скромностью дара - ведь щедрость пропорциональна возможностям Россия у нас одна. Она в тяжком положении, даже под реальной угрозой окончательной гибели. Врагов у России много, как внутри ее, так и вне. А верных друзей и защитников - мало. "Наша Страна" вот уже пол столетия стоит в шеренгах защиты, вдохновляет возрождение, просвещает гражданское затмение, служит Истине и России, стала частью Истории. Путь газеты нелегок. Но мы все сотрудники одного дела - как издатели газеты, так и ее читатели. Поминая прошедшие десятилетия, будем смело и с надеждой на Бога смотреть в будущее, будем неустанно повторять как молитву единое и славное слово: Россия! Владимир Беляев К 50-летию "Нашей Страны" БЕЛЫЙ ОСТРОВ Есть среди моря Людей остова: Это - книги, Газеты, журналы… Но одни возникают едва - И на них выцветает трава, И чернеют их рифы и скалы. Те из красных Глубин поднялись, Эти - тиной подернулись гнусной… Но стоит среди них - приглядись! Белый остров "Нуэстро Паис" То - Мальвины словесности русской. Силы зла - знать, Не можется им - Шлют на штурмы Флоты за флотами, Но, предвечною волей храним, Остров Правды стоит, невредим, И стекаются люди волнами… Плещет в берег людская волна И уходит, чиста и согрета… И, когда прояснеет до дна - Станет нашею Наша Страна, Часть шестая, часть лучшая света Антон Васильев Москва "Горение за идею" выдержки из писем издателя-редактора газеты Татьяны Владимировны Дубровской, урожденной Киреевой (9-11-1924 - 9-5-1982) У меня такое ужасное горе. Горе это не только мое личное, но и общественное, что я вижу по письмам, в очень большом количестве получаемых мною после кончины Всеволода Константиновича. Меня очень трогает, и может быть, как-то уравновешивает мое горе, что почти во всех письмах я чувствую неподдельную печаль по поводу кончины человека, которого, в сущности, никто из пишущих лично не знал. Значит в В. К. была такая сильная обаятельность, такая яркая индивидуальность, которые чувствовались людьми на большом расстоянии посредством писем, а больше всего его работой, его горением за идею, ради которой он пожертвовал своим здоровьем. Мне до сих пор невозможно понять случившееся. Но, к счастью, я продолжаю его дело и это мне помогает. В. К. Дубровский (настоящая фамилия - Левашов; он ее переменил потому что был приговорен к смертной казни болгарским коммунистическим правительством) родился 12 ноября 1901 года, учился в 1-м Кадетском Корпусе в Петербурге, во время Гражданской войны воевал с 1918-го по 1920-й год на юге России в рядах Юнкерского Училища. Закончил его фельдфебелем и вышел подпоручиком во 2-ую Лейб-Гвардии Артиллерийскую Бригаду в Галлиполи. Дальше - появление Ивана Солоневича в Софии и почти сразу же сотрудничество с ним. Занимался журналистикой на болгарском языке и на нем выпустил книгу "Большевизм". Вообще, в болгарских антикоммунистических кругах считался одним из лучших знатоков коммунизма. (8-12-1966). Группа монархически настроенной молодежи устроила в Буэнос Айресе чтение "Писем из Русского Музея" В. Солоухина. Они просили меня сказать вступительное слово. Это был первый в моей жизни политический опус (до сих пор я ограничивалась писанием писем). До того момента я думала, что я настолько замкнутая и настолько стесняюсь, что никогда в жизни не буду способна на этот подвиг. Но так как эта молодежь очень ценная, то я поборола себя. Эта молодежь собирается издать Обращение на испанском языке по поводу 50-летия революции (13-9-1967). Обращение, по-русски и по-испански, написано 19-летним Николаем Казанцевым, совершенно самостоятельно, без моего участия. Написано правильным русским языком и очень складно, а по смыслу составлено очень хорошо, даже замечательно. (8-10-1967). Н. Казанцев сейчас является моим единственным и очень деятельным помощником, так как не только безупречно владеет русским языком, но и у него совершенно безусловные способности к журналистике и большая любовь к "Нашей Стране". Он исправляет статьи (потом я проверяю и всегда бываю согласна с его исправлениями), и пишет заметки от редакции совершенно самостоятельно. Другими словами он оказался кладом для "Нашей Страны". Кроме того, его глубокая вдумчивость, его аналитический подход ко всему - намного превышают его возраст. (11-4-1968). Последние годы своей жизни, мой муж, Всеволод Константинович, был очень больным человеком и тем не менее держал до последней минуты бразды правления газеты. Как он это мог делать - можно только удивляться и отнести это к его колоссальной силе воли и к помощи Божией. Но до самого конца у него была такая же светлая голова, как и десять лет назад. (9-5-1968). Все материалы, посылаемые для газеты я передаю Казанцеву, который выбирает из них все самое интересное и важное для публикации. Скажу безо всякого преувеличения, безо всякой женской невоздержанности и излишнего ажиотажа, что он для "Нашей Страны" - находка, и я благодарю за это Бога Когда я ему говорю, что он соредактор "Нашей Страны", то он начинает меня убеждать, что он не дорос еще до этого звания Но это самый непреложные факт. (26-6-1968). В детстве меня называли "Танькой - рваное ухо" (честное слово, так меня в детстве дразнили за порезанное ухо, чего сейчас, в 43 года, уже и не заметишь). Моя покойная мама была хорошей пианисткой, окончившей петербургскую консерваторию. Несмотря на бедность моей семьи, проживавшей все годы эмиграции в Белграде, у нас было пианино и с детства я питала любовь к классической музыке. А теперь это просто мое единственное "хобби". Из всей классики я больше всего, конечно, люблю все фортепьянные произведения. После смерти Всеволода Константиновича я долго не могла слушать музыку Но на днях я решила перечитать замечательную книгу Михаиле Цетлина "Пятеро и другие"... и опять заразилась музыкой. Всеволод Константинович всегда говорил, что ему слон наступил на ухо и что он узнает только "Боже Царя храни", но в последние годы, когда он лежат больной, он начал прислушиваться к музыке и уже стал узнавать различные концерты. Наблюдая за его лицом, когда у нас гремела музыка, я видела что он весь в ней. Теперь я очень счастлива, что своей страстью к музыке, заразила его и что музыка скрасила последние годы его жизни, во всяком случае давала возможность от влечь его мысли от неминуемой смерти. Мне он никогда не поведал об этих своих мыслях, но после его смести мой брат мне сказал, что В. К. ему часто говорил об этом и о том, что он беспокоится обо мне и просит брата меня поддержать, что мой брат в точности исполнил. Он и до сих пор ко мне трогательно внимателен. Бог послал мне изумительного брата, (18-9-1968). В детстве и юношестве я много читала и могу признаться, что неизъяснимое наслаждение мне доставляли не романы Чарской, а рассказы или повести из кадетской жизни. А также Том Сойер и Геккельберри Финн были для меня любимыми героями: рассказы о мальчишеских проделках и шалостях. Каждой женщине приятно, когда ей говорят комплименты. Но комплименты комплиментам рознь. Есть люди, которые сыпят ими так просто, что я сразу распознаю их неискренность. В Берлине, в 1943 году, когда я поступила на работу во Власовскую Армию, я предстала перед очами полковника Алексея Ивановича Спиридонова (начальника пропагандного отдела), который после того как выяснил, что мне 19 лет и что ничего не умею делать, все же принял меня на работу и между прочим сказал: "У вас такие теплые украинские глаза". Потом меня В. К. часто изводил этими "украинскими" глазами, так как знал о моем татарском происхождении. (7-11-1968). Н. Казанцев меня уверяет, что я должна писать для "НС". Но я твердо знаю, что я не в состоянии придать статье нечто интересное, оригинальное, образное. А все это я очень выделяю в писаниях других. Он иногда говорит, что я пишу "здорово". Но это касается писем, корреспонденции, где у меня, во-первых опыт, а во-вторых писать в ответ на то или иное, совсем не то, что писание статей из головы. Нет, я не обладаю этим талантом и хотя я ему обещала, что когда-нибудь напишу для печати, вряд ли это обещание исполню. Впрочем, лет через десять, быть может, у меня появится "кураж"? (29-1-1969). Я переживаю статьи Н. Казанцева, как будто бы они мои. И я невероятно счастлива, когда получаю такие высокие отзывы, как от профессионального журналиста А. Г. Макриди на передовую "Подвиг ума", о высадке на Луну: "Великолепно уже само название: заголовкам следует придавать большое значение. Вся статья, помимо ее правильного и добротного построения, и отличается зрелостью, солидностью и широтой мысли, способной оказать честь любой столичной газете. Я в восторге и полагаю на Вашего чудесного помощника все большие надежды, довольно быстро переходящие в спокойную уверенность. Почему-то кажется мне, что хвалить его не опасно. Это фейерверочные таланты опасно хвалить, а в нем мне чудится та природная солидность, которая всегда заключает в себе и самокритическую скромность. Последнее - дар более редкий, чем талант, а потому и особенно ценный". Меня это мнение А. Г. Макриди привело в восторг. С. П. Войцеховский также написал, что по его мнению Н. Казанцев займет в будущем первое место среди эмигрантских журналистов. Получить комплимент от Войцеховского - это очень много. Он человек в футляре. Он сухой, педант, но очень умный. Он сухо и сдержанно, как это ни парадоксально, превозносит способности Н. Казанцева, но вместе с тем дает ему много хороших советов". (21-9-1969). Письма Анатолия Григорьевича Макриди для меня большая радость, я в них нахожу эстетическое наслаждение и невероятно много интересного для головы, но и много хорошего и теплого для души, что гораздо ценнее. И я такую духовную связь ставлю превыше всего и радуюсь, что между нами протянулась такая толстая ниточка, которую не разорвут ни моя занятность, ни мои депрессии: ничего в мире. Не получая долго от него вестей, я начинаю с нетерпением ожидать почтальона, и когда в пачке писем нет желтого конверта, подписанного его характерным почерком, я разочарована. И вешаю нос на квинту. Часто, когда я Казанцеву вычитываю отрывки из писем Макриди, мы оба сходимся в том, что они такие же интересные, как и его статьи. (28-1-1970). А знаете ли, что я чуть ли не больше всего люблю гороховый суп? В бытность мою в Берлине, когда я работала в 1943-45 годы в РОА, я питалась в офицерской столовой и там очень часто подавали гороховый суп. Между прочим, мой папа очень хорошо готовил. (15-4-1970). Я буду стопроцентно гнуть солоневичевскую линию. В этом мне очень помогают доводы и убеждения Н. Казанцева. Что и говорить, без его поддержки я бы не пошла на глухую, длинную и неприятную борьбу с разными мракобесами. Но его молодой энтузиазм и вера в нашу с ним правоту дают мне силы для борьбы. (26-8-1970). Получила две фотографии А Г. Макриди и вспомнились очень давние времена, когда мне было 12-14 лет и я увлекалась с подругами собиранием фотоснимков известных артистов. У каждого из нас были свои любимцы и фото этого любимца покупались в большом количестве в разных позах. Попадись мне тогда фотографии Макриди, непременно наклеила бы их на почетном месте. Имен но таким я представляла себе солженицынского Глеба Нержина. Правильные черты лица, мягкость в выражении, а вместе с тем и сила воли (28-1-1971). Газета сильных духом Первый номер "Нашей Страны" вышел 18 июня 1948 года. Трудно было Ивану Лукьяновичу Солоневичу начать дело, безо всяких средств, только что приехав в Аргентину из разоренной Европы. И писатель не смог бы долго продолжать издание, если не прибыл бы вслед за ним в Буэнос Айрес такой идейный, неутомимый помощник как Всеволод Константинович Дубровский. Чрезвычайно энергичный человек, он сейчас же составил план борьбы за существования национального издательства. Ему тотчас же удалось восстановить связь с бывшими представителями газет "Голоса России" и "Нашей Газеты", издававшихся Солоневичем в Болгарии и те деятельно отозвались на призыв: номера "Нашей Страны" замелькали по всему свободному миру. Эмигранты, покинувшие Советский Союз во время Второй Мировой войны, жадно тянулись к газете, хотя и не могли ее поддержать материально. (То же самое повторяется и сегодня в России - газета пользуется популярностью, но платную подписку организовать там немыслимо; редакция, насколько может, распространяет газету безвозмездно). Это определило удел газеты - ее материальную бедность. Но бедность эта, отсутствие "спонсоров", дала "Нашей Стране" неоценимое богатство: ее независимость. Заполняемая поначалу почти сплошь Иваном Лукьяновичем, в скором времени газета "обросла" талантливыми сотрудниками, присылавшими свои статьи изо всех концов Русского Зарубежья. Жена Дубровского, еще совсем юная Татьяна Владимировна, также участвовала в издании: переписывала рукописи на машинке и делала корректуру. Число подписчиков стало увеличиваться с каждым днем. Было время, когда газету читали 9-10 тысяч человек. Благодаря стараниям В. К. Дубровского, помимо номеров газеты, стали выходить и книги: самого Солоневича, Бориса Ширяева, Бориса Башилова, Алексея Ростова, Николая Кремнева, Николая Былова, Николая Кусакова и других авторов-монархистов. Главным же достижением в этой области, был выпуск в пяти книжках капитального труда основателя газеты - "Народная Монархия" - переизданного в одном томе в 1973 году на средства сотрудницы "Нашей Страны" Валентины Алексеевны Богдан. Теперь он, слава Богу, опубликован и в России. В конце 40-х и начале 50-х годов статьи Солоневича гремели во всех центрах русской эмиграции, тогда как вся материальная и техническая часть издания лежала на Всеволоде Константиновиче, который также вел огромную переписку с сотрудниками, представителями и подписчиками газеты. В 1953 году, после внезапной смерти Ивана Лукьяновича, человека незаменимого, ярчайшего полемиста, на котором, казалось, держалась главным образом притягательность газеты, В.К. Дубровскому все же удалось сохранить "Нашу Страну", оставаясь верным основным вехам мышления ее основателя. Необходимо особо отметить, что один из самых первых и самых талантливых сотрудников "Нашей Страны", Владимир Андреевич Рудинский, сотрудничает в ней и по сей день. Лингвист, литературовед и писатель, его статьи отчеканены всегда блестяще, кратко и ясно. Они наповал разят противника. В ноябре 1966 года, после смерти В. К. Дубровского, Татьяна Владимировна с мужеством и знанием дела продолжила издание "Нашей Страны". Чуждая всякой узости, она широко открыла двери "Нашей Страны" представителям молодого поколения белой эмиграции. Вскоре стал помогать ей в работе подписчик "Нашей Страны" с 14-летнего возраста, 19-летний Николай Казанцев. Административный и технический опыт Т. В. Дубровской стал с тех пор удачно сочетаться с редакторской журналистической "жилкой" Николая Леонидовича. В 1982 году, увы безвременно скончалась Татьяна Владимировна, бесконечно русская женщина, беззаветно преданная Исторической России. Однако ответственность за издание газеты сразу согласился взять на себя ее брат, Михаил Владимирович, в то время как Н. Л. Казанцев продолжал "Нашу Страну" редактировать. В настоящее время М. В. Киреев заведует всей технической и финансовой частью издания, перепиской с представителями и читателями. Н. Л. Казанцев, со своей стороны, помимо редактирования, ведет обширную переписку с сотрудниками и единомышленниками газеты, пересылает в Россию монархическую и историческую литературу. Отягощенный многочасовой ежедневной работой в аргентинском телевидении, ему приходится писать заметки, либо править или корректировать статьи для "Нашей Страны" в немногочисленные свободные минуты, вплоть до того, что он это делает даже сидя за рулем своего автомобиля, на ходу... После падения коммунистического режима патриотический лагерь подпал под соблазн национал-большевизма. Не только в самой России, но и в Русском Зарубежье эта болезнь начала молниеносно распространяться. Редакция же "Нашей Страны" с первого момента опознала заразу и отсекла всякую возможность ее проявления на страницах газеты. Те сотрудники-эмигранты, которые в пост-коммунистический период не сумели сохранить свой ориентир на служение Исторической России, сами по себе отпали, как сухие, осенние листья. Имена иных сотрудников "Нашей Страны" сошли с ее страниц навсегда. Не только отдельные лица, но и печатные органы, как в России, так и заграницей, на которые надеялись патриоты-антикоммунисты пошатнулись и пошли по иному, чуждому нам пути. Этот факт еще больше подчеркивает огромную заслугу "Нашей Страны", которая в неприкосновенности сохранила завещанные отцами белые, монархические идеалы. И это оценили такие выдающиеся лица как, например, А. И. Солженицын. Его дружеское отношение к "Нашей Стране", регулярно проявляемое с момента его переезда в США, остается таковым и до сих пор. В этот день, когда исполняется 50 лет существования "Нашей Страны", ясно видно, что свой путь газета прошла с честью, неся на должной высоте монархическое знамя, объединяя единомышленников, которых, по словам поэта, "по всей земле судьба раскидала". Путь этот могли пройти только сильные духом патриоты: И. Л. Солоневич, В. К. Дубровский, Т. В. Дубровская, Н. Л. Казанцев, М. В. Киреев и все их сотрудники. Сколько отваги, сколько упорства, сколько самопожертвования требуется для того, чтобы "Наша Страна" продолжала выходить! Какие перья сверкали в газете! От Макриди, Месняева и Войцеховского - до Солженицына, Солоухина и Паламарчука! Сколько ударов пришлось претерпеть! Порою очень низких, порою даже от собственных "соратничков", по выражению И. Л. Солоневича. В этот знаменательный день, я хочу, в первую очередь, почтить память И. Л. Солоневича, В. К. Дубровского, Т. В. Дубровской и всех уже ныне покойных сотрудников "Нашей Страны". Всем тем, кто читает газету, хочу напомнить, что, помогая ей, - морально или денежно, - они этим самым служат Исторической России. В заключение, поздравляю издателя М. В. Киреева и редактора Н. Л. Казанцева с 50-летним юбилеем и желаю им с Божьей помощью успешно продолжать идейную борьбу за веру, царя и отечество! Т.Мартынова Дружеские эпиграммы на сотрудников и авторов "Нашей Страны" 1. Николаю Казанцеву Отточил стило он, будто бритву, Впору красным в Африку бежать И в ночных кошмарах мнится бриттам, Что Мальвины им не удержать… 2. Михаилу Кирееву Знать, и у белых в Аргентине Есть разделение труда: Казанцев - в творческой рутине, А чек - Кирееву всегда 3. Владимиру Беляеву Так распек он всю галиматью Желто-красной ельцино-зюгании, Что пора уж новую статью Подписать "Правительство в изгнании!" 4. Георгию Крымову Что ни текст - батальная картина; Кривду обличая и круша, Бьется за Россию белый Крымов, И его - не взять от Сиваша! 5. Александру Окорокову От края и до края Из-под архивной пыли Восстанет рать святая… Ах, только б деньги были! 6. Елизавете Веденеевой (а-lа Маяковский) Да будь я и негром преклонных годов, И даже в последний из дней его, - Латынь бы я выучил только за то, Что любит ее Веденеева! 7. Елена Бреннер Всех монархистор опроси - Ответят, бросив ложный гонор: "Елена Бреннер на Руси - Патриотическая Боннер!" 8. Владимиру Рудинскому Не Отелло душит Дездемону, А как раз наоборот… Издает Рудинский плач и стоны Видно, "Русской Мысли" перевод! 9. Аркадию Рахманову Я здесь, Инесилья, Я здесь, под окном. Какое ж насилье Творят с языком! Пою я bel canto, Шлю деве привет, А мне - эсперанто С балкона в ответ… Такую манеру Я не затвержу… Perdon, yo te quiero, Но я ухожу! Антон Васильев Москва |
|
Версия для печати
|
«НАША СТРАНА»: Орган русской монархической мысли. Основан 18 сентября 1948 года Иваном Лукьяновичем Солоневичем. Издатель: Михаил Киреев. Редактор: Николай Леонидович Казанцев. Электронная версия: www.nashastrana.info . Адрес редактора: Nicolas Kasanzew, 9195 Collins Avenue, Apt.812, Surfside, Fl. 33154, USA. Телефон: (305) 322-7053. Цена годовой подписки: В Канаде - 65 ам. долл. В Аргентине – 100 песо. В Европе – 52 евро. В Австралии - 74 ам. долл. В США и остальных странах – 52 ам. долл. Чеки на имя: Nicolas Kasanzew. Переводы на: Bank of America, 5350 W. Flagler St. Miami, Fl.33134, USA. Account: 003670135535. Routing: 026009593 При перепечатке ссылка обязательна. Мнения авторов не обязательно выражают мнения Редакции. |
|---|